КБД был предложен в качестве терапевтической стратегии для улучшения сна. Точные механизмы, с помощью которых КБД влияет на сон, еще не полностью изучены, но различные гипотезы основаны на доклинических и клинических исследованиях. На биологическом уровне можно предположить, что ингибирование FAAH через CBD увеличивает уровни AEA, что может напрямую влиять на CB1-опосредованную стабильность NREM (Pava et al., 2016). Тем не менее, еще предстоит подтвердить, эффективно ли эта ось КБД-ФААХ-КБ1 опосредует сон. В качестве альтернативы, CBD может также непосредственно воздействовать на Aрецепторы ГАМК (Bakas et al., 2017), которые играют полезную роль в регуляции сна (Gottesmann, 2002), например, снижение задержки сна и улучшение сна NREM (Lancel, 1999). Однако, в зависимости от контекста (например, уровней КБД и времени воздействия) и от подтипа рецептора, КБД может действовать как Aагонист рецептора ГАМК А или антагонист. Таким образом, Aось рецептора CBD-GABA A также требует дальнейшего исследования.
Несмотря на биологические механизмы, которые могут объяснить улучшение сна, связанных с КБД, кажется, что КБД не влияет на качество и количество сна у пациентов с ненарушенным и здоровым режимом сна (Linares et al., 2018). Тем не менее, успокаивающий эффект КБД на ЦНС может уменьшить беспокойство и способствовать расслаблению (Shannon et al., 2019), с помощью которого КБД может косвенно улучшить сон у людей, страдающих от тревоги. Кроме того, некоторые популяции пациентов также могут извлечь выгоду из использования КБД, поскольку КБР увеличивает время сна у пациентов с бессонницей (Carlini и Cunha, 1981) и улучшает быстрый сон у пациентов с болезнью Паркинсона (Chagas et al., 2014b). Следует отметить, что некоторые отчеты показали, что КБР увеличил бодрствование во время сна у молодых людей (Nicholson et al., 2004) и даже уменьшил REM-сон у крыс (Murillo-Rodríguez et al., 2006 ; Murillo-Rodríguez et al., 2008). Этот предупреждающий эффект КБР требует хорошо спланированного времени и дозирования КБД, если он используется в качестве стратегии для улучшения сна, но этот эффект также обещает использование КБД в качестве стратегии для улучшения чрезмерной дневной сонливости (Nicholson et al., 2004).
4.3.2 Управление и познание двигателя
Доклинические данные свидетельствуют о том, что острое и длительное использование КБР не влияет на двигательную активность или пространственное обучение и распознавание (Schleicher et al., 2019 ; Viudez-Martínez et al., 2019). Однако при различных (доклинических моделях) заболеваний, при которых двигательная активность скомпрометирована, КБД может улучшить некоторые особенности моторного обучения или внимания.
Локомоция оставалась незатронутой лечением КБД в различных доклинических моделях гипер- и гиполокомотизации, включая болезнь Паркинсона (hipo) (Перерес и др., 2016), синдром хрупкого X (гипер) (Zieba et al., 2019) и острая нейровоспалительная модель (hypo) (Florensa-Zanuy et al., 2021). Аналогичным образом, в генетически индуцированной доклинической модели болезни Альцгеймера длительное лечение КБР не повлияло на особенности двигательной производительности или сенсомоторных затворов (тест на полюсах, акселерод) (Coles et al., 2020). Однако в доклинической модели энцефалопатии КБД улучшила локомоцию и познание (Magen et al., 2009). Улучшение памяти дефицита памяти и распознавания объектов также наблюдалось в модели болезни Паркинсона (Перерес и др., 2016) и болезни Альцгеймера (Коулз и др., 2020), соответственно.
У пациентов с шизофренией длительное, но не острое лечение КБР (Hallak et al., 2010) улучшило устойчивое внимание, оцениваемое с помощью теста непрерывной производительности (Leweke et al., 2021). Соответственно, КБД улучшил продолжительность потери внимания во время теста на психомоторную бдительность у здоровых взрослых (Rudisill et al., 2023), тогда как КБД не оказал никакого влияния на меры внимания во время теста на бдительность и даже усугубило ухудшающий эффект ТГК у здоровых крыс (Moore et al., 2023). В целом, КБД, по-видимому, не оказывает последовательного влияния на двигательные характеристики в моделях доклинических заболеваний. Некоторые из моторных эффектов, приписываемых КБД, можно объяснить его анксиолитическим эффектом. Еще предстоит определить, могут ли результаты в доклинических моделях, часто обработанных сверхфизиологическими дозами КБД, быть переведены в клинические популяции.
4.3.3 Память
Несколько доклинических исследований показывают потенциал CBD для восстановления нарушений памяти в большом разнообразии моделей животных, которые вызывают неврологическую дисфункцию (Magen et al., 2009 ; Cassol et al., 2010 ; Magen et al., 2010 ; Avraham et al., 2011 ; Barichello et al., 2012 ; Fagherazzi et al., 2012 ; Pazos et alWright et al., 2013Cheng et al., 2014aCheng et al., 2014bSchiavon et al., 2014. Предложенный механизм, с помощью которого КБД может улучшить или восстановить нарушения памяти, включает его антиоксидантные свойства. Исследования показали, что окислительное повреждение ядерной, а также митохондриальной ДНК в клетках мозга может оказывать неблагоприятное воздействие на обработку и удержание памяти во время старения (Kandlur et al., 2020). Модели на животных показали, что, уменьшая риск окислительного стресса, КБД имеет потенциал для защиты клеток мозга (da Silva et al., 2018), тем самым способствуя сохранению функции памяти. Это понятие было поддержано в исследовании, где лечение КБД (2,5, 5 или 10 мг/кг в день в течение 9 дней) у крыс, подаваемых на сепсис, предотвращало изменения памяти. В этом исследовании положительное влияние КБД на память было связано со снижением окислительного повреждения в головном мозге (Cassol et al., 2010).
В качестве альтернативы, противовоспалительные действия КБД могут играть определенную роль в восстановлении дефицита памяти. Кроме того, в мышиной модели церебральной малярии лечение КБД (30 мг/кг/д в течение 3 дней, в дополнение к традиционному противомалярийному препарату Артезунат) ингибировало увеличение провоспалительных цитокинов (TNFα и IL-6) в гиппокампе и префронтальной коре, а затем восстановило вызванный малярией дефицит памяти (Campos et al., 2015). Эти результаты были воспроизведены в модели печеночной энцефалопатии, вызванной лигированием желчных протоков у мышей. Опять же, лечение CBD (5 мг/кг/д в течение 4 недель) восстановило нарушения в познании и локомоции и уменьшило увеличение экспрессии гиппокампа рецептора TNFα 1 (Magen et al., 2009; Magen et al., 2010). Эти эффекты были опосредованы с помощью активации рецепторов 5-HT1A (Magen et al., 2010) и A2A (Magen et al., 2009), поскольку лечение их соответствующими антагонистами блокировало эффекты КБД.
Интересно, что помимо снижения нейровоспаления в этих моделях на животных, лечение КБР также восстановило уровень гиппокампа BDNF (Magen et al., 2009 ; Magen et al., 2010 ; Campos et al., 2015). BDNF является членом семейства нейтрофинов и активно участвует в поддержании, росте и выживании нейронов. Учитывая, что предыдущие исследования показывают связь между повышенным уровнем BDNF и улучшением когнитивных функций (Dincheva et al., 2012; Carlino et al., 2013), кажется правдоподобным, что увеличение BDNF, вызванное КБД, объясняет, по крайней мере частично, спасение дефицита памяти в вышеупомянутых моделях.
Наконец, было высказано предположение, что КБД изменяет мозговой кровоток в областях мозга, которые участвуют в обработке памяти, тем самым влияя на функцию памяти. Кроме того, у здоровых людей острые добавки с 600 мг КБД увеличили мозговой кровоток в гиппокампе (Bloomfield et al., 2020). Хотя более высокий кровоток гиппокампа связан с лучшей производительностью памяти (Heo et al., 2010), текущее исследование не смогло показать какое-либо влияние добавок КБД на производительность памяти. Авторы предположили, что потолочные эффекты, возможно, объясняют отсутствие связи между мозговым кровотечением гиппокампа и выполнением задач памяти, поскольку исследуемая популяция включала здоровых участников.
Эти результаты контрастируют с исследованиями, показывающими, что КБД может восстанавливать или защищать от эпизодических дефицитов памяти, вызванных его психотропным аналогом ТГК. Более конкретно, когда здоровым участникам и потребителям каннабиса вводили ТГК (по 1,5 мг внутривенно или 8 мг через ингаляцию), эпизодическая память и распознавание лиц были снижены. Эти эффекты были уменьшены, когда ТГК был объединен с КБД (либо 600 мг перорального, либо 16 мг через ингаляцию) (Englund et al., 2013; Hindocha et al., 2015). Однако эти эффекты не были подтверждены во всех исследованиях и, по-видимому, сильно зависят от дозы, пути введения и частоты употребления каннабиса исследуемой популяции
